brodiaga64

Category:

5. УДИВИТЕЛЬНАЯ ИСТОРИЯ ОЛЕНЬКИ ШВЕДЕ РАССКАЗАННАЯ ЕЙ САМОЙ…

                                                       ЧАСТЬ II.                                                             


                                                                Моему другу поэту Эдмондасу Кельмицкасу

                                                              в память 40-летия нашей дружбы, посвящаю!   

   

          Ну, а теперь в путь… Дочь Ивана Романовича Оленька, была хоть и с душой возвышенной, стремящейся к прекрасному, и поэтическому, но трезво рассудив все за и против, решила не шутить с классовой борьбой, и приняла решение уехать с мужем своим, любимым в 1919 году в Литву… Как пишет она в своей биографии при вступлении в Союз художников СССР, приехали они сначала в родной город мужа Вильно, но после аннексии его поляками (12 октября 1920 года), перебрались в Каунас. Дома, в России, с 1906 по 1910-й годы Ольга училась частным образом в студии живописи профессора Льва Евграфовича Дмитриева-Кавказского (4 года), вскоре была принята частной ученицей в батальную мастерскую профессора Франца Рубо в АХ (3 года), брала уроки у Бориса Анисфельда и Михаила Давидовича Бернштейна (1875-1960). Одновременно брала уроки танца у балетных педагогов Александра и Ивана Чекрыгиных, а также у Ольги Преображенской.  

О.И.Шведе.  Ок. 1910г
О.И.Шведе. Ок. 1910г

              Из ее дневников, выясняется, что брала она также уроки у знаменитого балетмейстера Бориса Георгиевича Романова (1891 – 1957), впоследствии основателя балетной школы США и Аргентины. Выступала в пантомимах в студии Всеволода Мейерхольда, одного из первых российских театральных режиссёров-авангардистов. В своих советских послевоенных биографиях, она об этом не пишет (от греха). Лишь в ее дневнике, есть интересные строки: «Человек всеми законами своей земной жизни и своей жизнью обречен на двуединство». Данте родился под знаком зодиака «Близнецы» отчего в душе его была раздвоенность. (Я тоже). И в моей душе всегда пребывает раздвоенность. Также и этот странный, оригинальный, непонятный, талантливый, неуловимый в своей странной душе человек Мейерхольд, в своих воспоминаниях где-то говорит – у меня две жизни – одна мечтательная, а другая – реальная.» 

На мой запрос в архивы Санкт-Петербурга, мне прислали некоторые интересные недавно ставшие известными документы:

Студия // Научно-исследовательский проект по творческому наследию В. Э. Мейерхольда "Любовь к трем апельсинам" (1914-1916) : в 2 т. / М-во культуры Рос. Федерации, Рос. ин-т истории искусств ; [сост., отв. ред. Л. С. Овэс]. - Санкт-Петербург : РИИИ, 2014. – Т. 1: [1914]. – С. 92-98.
Студия // Научно-исследовательский проект по творческому наследию В. Э. Мейерхольда "Любовь к трем апельсинам" (1914-1916) : в 2 т. / М-во культуры Рос. Федерации, Рос. ин-т истории искусств ; [сост., отв. ред. Л. С. Овэс]. - Санкт-Петербург : РИИИ, 2014. – Т. 1: [1914]. – С. 92-98.
Источник тот же.
Источник тот же.

Можно сказать лишь то, что работа в Студии В.Э.Мейерхольда была интересной, насыщенной и оказала влияние на всю последующую жизнь Ольги Ивановны Шведе. А упражнения  «Стрельба из лука», она делала со своими ученицами в 1930х годах в Литве. Кстати отметим в списке актеров и 

Зинаида Смольскайте-Орентас, ученица и подруга О.И.Дубенецкене-Калпокене. Упражнение "Стрельба из лука". Литва. Паланга. Ок. 1930г.
Зинаида Смольскайте-Орентас, ученица и подруга О.И.Дубенецкене-Калпокене. Упражнение "Стрельба из лука". Литва. Паланга. Ок. 1930г.

художников, знаменитых Василия Шухаева (1887 — 1973) и Александра Яковлева (1887 — 1938). В биографии В.И.Шухаева, этот факт отражен так: Конец 1910 — начало 1912 — Сотрудничество с режиссёром В.Э.Мейерхольдом. Участие вместе с А. Е. Яковлевым в качестве актёров в пантомимах «Шарф Коломбины» (Дом интермедий), «Влюбленные» (дом адвоката Н. П. Кабричевского) и «Арлекин — ходатай свадеб» (Дворянское собрание), поставленных Мейерхольдом под псевдонимом Доктор Дапертутто.

Автопортрет Василия Шухаева вместе с Александром Яковлевым в образе Пьеро и Арлекина. 1914 г.
Автопортрет Василия Шухаева вместе с Александром Яковлевым в образе Пьеро и Арлекина. 1914 г.

В своем письме в 1950-х подруга Ольги, также бывшая петербурженка Варвара Диджиокене  (ур.Горохова), пишет:  Дорогая Ольга Ивановна! ˂…˃ Вчера я была в Каунасе, так как надо было докупить продуктов, зашла в лавку «Дайлес», хотела купить керамическую вазу, но красивых и небольших, не было. Я увидела очень интересную личность, вид южанина, худощавый, с правильными чертами лица, обрамленного подстриженной бородой. Я подумала, не грузин ли это – художник, который приехал в Каунас с выставкой грузинского искусства и нельзя ли узнать у него, что либо, о художнике Шухаеве? Я подошла к нему и спросила его об этом. Он сказал, что я ошиблась, он оказывается архитектор и критик, но с Шухаевым знаком. Три года назад, отдыхал с ним под Москвой. Шухаев, очень постарел, но выглядит прекрасно, «очень красивый и представительный мужчина». Фамилия этого человека Бродский, но он не родственник известного художника. ˂…˃ Завтра или послезавтра я буду в Каунасе и зайду на выставку грузинских художников и узнаю, если удастся все о Шухаеве, вашем приятеле и моем учителе. ˂…˃ Желаю Вам всего наилучшего. Целую. Любящая Вас В.Диджиокене.

            Но, вернемся вновь в начало второго десятилетия XX века и продолжим наше увлекательное повествование о некоторых героях и героинях Серебряного века русской истории.   

Ок. 1905 г.
Ок. 1905 г.

           На фотографиях того времени, перед нами импозантная красавица, хоть и не из «золотой молодежи», но из хорошей семьи и уже знающая себе цену…

Ок. 1905 г.
Ок. 1905 г.

            Разница, между недавней гимназисткой и воспитанницей знаменитых живописцев и балетмейстеров, ну просто бросается в глаза!

Ок.1902 г.
Ок.1902 г.

Ландыш и роза! Как все меняет, неизбежно текущее время!

Ок. 1905 г.
Ок. 1905 г.

             Оленька все больше уходит, или даже живет творчеством, живопись, декорационное искусство, хореография, захватывают ее, и лишь «История двух экземпляров» остается неизменным звеном соединяющим двух подруг.

Вокзал в Павловске. Литогр. К. Шульца по рис. И. Я. Мейера. Кон. 1840-х — нач. 1850-х гг.  Эрмитаж.
Вокзал в Павловске. Литогр. К. Шульца по рис. И. Я. Мейера. Кон. 1840-х — нач. 1850-х гг. Эрмитаж.

            А что же Лиденька Брюллова? Нет, они по прежнему подруги, но уже не неразлучные… Лиденька все более сближается с Лилей Дмитриевой (Черубиной де Габриак), служит секретарем в редакции журнала «Аполлон», вращается в кругу завсегдатаев башни Вячеслава Иванова, а о занятиях Оленьки, мы уже достаточно знаем. «История двух экземпляров» продолжается, но начинается следующий ее виток, дорога в будущее, боюсь сказать в историю… В своем дневнике конца 1900х годов Оленька пишет:

Вид Павловского вокзала  в начале ХХ века.
Вид Павловского вокзала в начале ХХ века.

           «В Петербурге начиналась весна, чудная, поэтичная весна, я с грустью расставалась с весной, которую так долго ждала, которую приветствовала всей своей душой. Белые ночи только что начинались, уже горели довольно поздно весенние зори и снова я с грустью, с болью смотрела на зеленоватое небо, на синие тучки, на бледные звезды… Я думаю, всегда весна будет будить в моей душе какие-то грустные нотки, какое-то тяжкое сожаление о чем-то далеком, чудном и ясном…

Концерт в здании Павловского вокзала. 2-я пол. ХIХ в.
Концерт в здании Павловского вокзала. 2-я пол. ХIХ в.

              Я люблю весну, нашу, северную и Петербургскую в особенности, я люблю белые ночи, легкую окраску деревьев, воробьев, первых ландышей. Я радуюсь весне, я ее жду, но она давит грудь мою, она будит во мне то, что за зиму засыпает, будит мое прошедшее, чудное, светлое, будит эти воспоминания, которые терзают мое сердце, заставляют страдать глубоко, глубоко… Я привязана к Петербургу: мне дорог наш Васильевский Остров, наши линии, наша серая, гордая Нева, наша солнцем налитая набережная… Я люблю вечера в Петербурге, теплые, светлые, майские… 

КОНЦЕРТНЫЙ ЗАЛ ПАВЛОВСКОГО ВОКЗАЛА В НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА.
КОНЦЕРТНЫЙ ЗАЛ ПАВЛОВСКОГО ВОКЗАЛА В НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА.

Я обожаю их… Гудят вдали пароходы, и ночь, жемчужная белая ночь, как белая, чистая царица, неслышно налетает и тихими крыльями осеняет Петербург. В белую ночь Петербург божественен, в белую ночь вы поймете его красоту, его тайну, его душу, его поэзию. Многие мои знакомые южане удивляются моей любви к Петербургу, удивляются, не могут понять. Им он кажется холодным, не уютным, скрытным… Да, я их понимаю, нужно родиться в нем, сродниться с ним, врасти в него. Одним он открывает свою душу, свои много видят в нем красивого, утонченно-поэтичного и величественного. Я сроднилась с ним, я люблю его, как что-то близкое, родственное моей душе, оторваться от него не могу. Так я люблю его гордый вид, в тумане теряющийся Исакий, блестящий Невский проспект и далекие, серые линии Васильевского Острова.»  

Лиденька и Оленька в Павловском парке. Ок. 1905 г.
Лиденька и Оленька в Павловском парке. Ок. 1905 г.

              На знаменитых Павловских концертах в здании музыкального вокзала, часто выступали знаменитости, да и музыканты были далеко не посредственность. Дирижировал иногда, знаменитый тогда Эдуардо Кабелла (1855 - ?). Будучи человеком дотошным, проверил я так навскидку в «Истории русской музыки», том 10В, книга 1, 1890-1917гг., этого Кабеллу, и выяснилось: 10.08.1901 Концерт в Павловском вокзале: XI – симфонический вечер. Произведения Л.Бетховена, Вагнера. Оркестр п/у Н.В.Галкина, Э.Кабелла. 

Программа концерта в Павловском вокзале 16 июня 1895 года.
Программа концерта в Павловском вокзале 16 июня 1895 года.

1903г.  Авг. 5  и 7-го в здании Павловского вокзала выступал оркестр п/у . Н.В.Галкина, Э.Кабелла; 1904г. 12 сентября. Композиторский концерт в Павловском вокзале, посвященный Б.В.Гродскому и Кабелле. Дальше уже не смотрел, видели его наши героини, однозначно! Вот, отсюда и карандашный эскизик, по впечатлению…

Кабелла Эдуардо (1855 - ?), итальянский дирижёр, служил в России в 1878-1919 гг. Рис. О.И. Шведе-Дубенецкене-Калпокене. 1910е гг.
Кабелла Эдуардо (1855 - ?), итальянский дирижёр, служил в России в 1878-1919 гг. Рис. О.И. Шведе-Дубенецкене-Калпокене. 1910е гг.

              Копаясь в многочисленных папках с рисунками и акварелями, наткнулся я на рисунок с изображением певицы Брагиной, который я уже давно, собирался подвергнуть тщательному исследованию, но за занятостью, все как то не получалось. Открыв, все тот же фолиант, «История русской музыки», том 10В, 1890-1917, Хронограф, в котором искал Кабэллу, я обнаружил: 11 марта 1902г. Петербургское городское кредитное общество. Вечер учащихся профессора пения С.М. Сонки. Исполняют певцы: М.А.Власьева, Юдина, Брагина, Агарина, Георгиевский, Сандрес, Петров и др. Ну и слава богу... думаю, что хорошо она пела, раз восхитила Оленьку!

Рис. О.И. Шведе-Дубенецкене-Калпокене. 1910е гг.
Рис. О.И. Шведе-Дубенецкене-Калпокене. 1910е гг.

           Оленька с Лиденькой хоть и реже (искусство требует жертв), но встречаются, у них заводятся милые интрижки, с такими же милыми молодыми людьми… Тоже от искусства! 

Корнелиус Влит. 1910е.
Корнелиус Влит. 1910е.

             Ведь, портрет интересного молодого человека, не будешь просто так приклеивать в свой альбом «Историю двух экземпляров!» Оленька в дневнике игриво называет его «чухонец Влит», т.е. скорее всего, он был финном или эстонцем. Но главное, как я понял, он был, виртуозным виолончелистом! 

Ах, очень мил чухонец Влит

Но что-то маменька ворчит.

Их поведенье неприлично

Опять хохочут, говорят

Оно beau monde’ у ней привычно

Девицы в свете не шалят.

Корнелиус Влит. 1910е.
Корнелиус Влит. 1910е.

              То, что им увлекалась Оленька, видно отражено на страницах того же повествования - «Истории двух экземпляров». 

Читает письмо от Влита... Похоже на рисунок Тани Шведе. Ок. 1910 г.
Читает письмо от Влита... Похоже на рисунок Тани Шведе. Ок. 1910 г.

            Письма Влита, очевидно были нежными и увлекательными, раз даже их захотелось изобразить, т.с. запечатлеть!

Акварель Оленьки Шведе. 1910е. Милый Влит писал конечно по немецки (знание которого Оленька впоследствии тщательно скрывала...).
Акварель Оленьки Шведе. 1910е. Милый Влит писал конечно по немецки (знание которого Оленька впоследствии тщательно скрывала...).

             Господин Влит, как все музыканты, на свои концерты откуда то приезжал, затем, уезжал и это тоже находило свое отражение в «Истории…». 

Акварель Лиденьки Брюлловой. Кон. 1900х.
Акварель Лиденьки Брюлловой. Кон. 1900х.

            Томные девичьи страдания Оленьки, сохнувшей по милому Влиту, также нашли свое отражение в рисунке. Не мудрствуя лукаво, она показывает, что происходит с молодой девушкой, сердце которой пронзено уже стрелой Амура!

Рис. О.И.Шведе. 1910е.
Рис. О.И.Шведе. 1910е.

             Очевидно, что Влит, не сразу стал «писать письма», юной Оленьке, первое время он может быть даже и не замечал, что стал предметом столь страстного обожания!

Акв. О.И.Шведе. Ок. 1910 г. Оленька: «Лиденька, я краснею…». Лиденька: «Guten tag !!!»
Акв. О.И.Шведе. Ок. 1910 г. Оленька: «Лиденька, я краснею…». Лиденька: «Guten tag !!!»

              Несомненно лишь одно, что виртуоз Корнелиус Влит, был воистину великолепен!

Акв. О.И.Шведе. Ок. 1910 г.
Акв. О.И.Шведе. Ок. 1910 г.

              Знакомство это, было не только для души и сердца, но и полезным, юные дамы совершенствовались в языке!

Корнелиус Влит и Лиденька Брюллова. Акв. Л.П.Брюлловой.  Ок. 1910 г.
Корнелиус Влит и Лиденька Брюллова. Акв. Л.П.Брюлловой. Ок. 1910 г.

Увлечение Влитом, наверное было далеко не равнодушным, фиксировались даже его походы за табачком… Или юные дамы, с нетерпением дожидались его возвращения, курение было тогда весьма в моде.

Корнелиус Влит. Акв. Л.П.Брюлловой. 1910 г.
Корнелиус Влит. Акв. Л.П.Брюлловой. 1910 г.

Не обойдены стороной и предметы туалета юных дам, они их с такой же любовью увековечили в «Истории…». 

Акв. О.И.Шведе. 1910е.
Акв. О.И.Шведе. 1910е.
Акв. О.И.Шведе. 1910е.
Акв. О.И.Шведе. 1910е.

Ну, а следующее изображение двух шалуний, уже просто какое-то историческое, или можно сказать эпическое…

Из «Анналов…»
Из «Анналов…»

            И, похоже, что тут повезло не Влиту, а юному кавалеристу: «Кавалеристы век недолог, и потому так сладок он…». Все-таки, жизнь наша поэзия! А поэзия, это жизнь… А помните: «Не обещайте деве юной, любови вечной на земле….»

Я думаю, что он и не обещал… Молод еще!

Юнкер Николаевского Кавалерийского училища в фуражке с белым получехлом. Акв. О.И.Шведе. Ок. 1910 г.
Юнкер Николаевского Кавалерийского училища в фуражке с белым получехлом. Акв. О.И.Шведе. Ок. 1910 г.

Здесь, он правда без шпор…! Но идя на такое дело, как без шпор?

               Лиденькино же увлечение, тоже прослеживается на страницах дневника. Это великолепный молодой человек и музыкант, флейтист Соколов (может быть и не псевдоним). Он также участвовал в музыкальных концертах в Павловске. 

Флейтист Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.
Флейтист Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.

Его загадочное, обаяние, Лиденька лично изобразила в такой вот милой акварельке…

Флейтист Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.
Флейтист Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.

             Шикарный и элегантный красавец, поражал и Оленькино воображение, но сердце ее было уже занято Корнелиусом Влитом…

Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.
Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.

              Оленька над ним мило пошучивала и как мне кажется, Соколову это не нравилось. Он играл образ героя романтического, возвышенного, но отнюдь не комического.

Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.
Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.

Вот и здесь, Оленька запечатлела, как Соколов флиртует с Лиденькой… Любя!

Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.
Соколов. Акв. О.И.Шведе. 1910е.

В общем, милым моим героиням было о чем помечтать, глядя на луну…

Лиденька и Оленька. Любуются луной. Акв. О.И.Шведе. 1910е.
Лиденька и Оленька. Любуются луной. Акв. О.И.Шведе. 1910е.

             А герой романтический, возвышенный, у Оленьки уже был, это один из ее любимых поэтов, Константин Бальмонт, с которым она, очевидно, впервые повстречалась в редакции журнала «Аполлон», где секретарем служила Лиденька. Это был, действительный,  реальный Дон Кихот Серебряного века! 

Рис. О.И.Шведе. Ок. 1910 г.
Рис. О.И.Шведе. Ок. 1910 г.

Пусть поверит мне читатель, да я и по себе знаю, стихи нелюбимого поэта в альбом не запишешь!

Лист из тетрадей О.И.Шведе.
Лист из тетрадей О.И.Шведе.

             А с Бальмонтом, Ольга  всегда в диалоге, размышляя о стихах других поэтов, она приводит иногда его оценки, мысли, причем, это постоянный диалог… поэта и обожателя, ценителя!

Лист из тетрадей О.И.Шведе.
Лист из тетрадей О.И.Шведе.

               Кроме того, в своих дневниках Ольга постоянно время от времени обращается к поэтам: Блоку, Бальмонту, Цветаевой, Есенину, Тургеневу, Эдгару По, Лермонтову (особенно, когда она оформляла постановку «Демона»), Пастернаку. Кстати о ее дневниках, они интригующие, даже по названиям… Я представляю, как сейчас заколотится сердце у ценителей мемуаристики и эпистолярного наследия! «Дневник 1900-х гг.», «Белый крылатый конь, или Погасший огонь Химеры!» 1937 – 1938гг.

Обложка одного из дневников О.И.Шведе.
Обложка одного из дневников О.И.Шведе.

                Следующий дневник, «Священная жертва», «Солнце в зените», «Сломанные крылья», «Сладостная легенда», «Гибель Эллады», самый интересный, на мой взгляд, о трагедии художника, человека от искусства в тисках политизированного общества, которому до всего есть дело. Причем, под Элладой подразумевается не только духовный мир героини, но и страны в которой она жила. Далее: «Жизнь есть сон» и Ангел смерти».

Обложка одного из дневников О.И.Шведе.
Обложка одного из дневников О.И.Шведе.


              ПРОДОЛЖЕНИЕ БУДЕТЪ.   ИСКРЕННЕ ВАШ ВЛАДИМИР Н.



©Edmondas Kelmickas

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic